Сердце в руках

КУРЕНИЕ
  Воздействие на организм
  Курение и беременность
  Курение и дети
  Типы курильщиков
  Календарь бросающего курить
  Последствия отказа от курения
  Электронные сигареты
  Снафф и снюс
  Насвай
  Кальян, сигары, биди, трубка
  Закон о курении
  Методы лечения курильщиков
АЛКОГОЛЬ
  Воздействие на организм
  Алкоголь и медикаменты
  Алкоголь и беременность
  Алкоголь и дети
  Стадии алкоголизма
  О вреде пива
  О вреде вина
  Алкогольные коктейли
  КРЕПКИЕ НАПИТКИ
  Домашний алкоголь
  Методы лечения алкоголизма
НАРКОМАНИЯ
  Формирование зависимости
  Наркотики и беременность
  Наркотики и дети
  Мотивация наркоманов
  НАРКО АЛФАВИТ
  Наркотические растения
  Наркотические животные
  Диагностика и лечение
СТАТЬИ
  Зависимости
  Тесты на зависимости
  Заболевания
  Юмор о зависимостях
  Полезные статьи

Опийная наркомания

Наркомани, проявление, лечение, профилактика

Как уже говорилось, это самый распространенный вид наркомании в настоящее время, в том числе и в нашей стране. В ее основе лежит зависимость от опиатов, веществ, родоначальником которых является опиум или опий, добываемый из сока определенных сортов мака. Сюда входят и получаемые химическим путем вещества, в том числе и лекарственные. К этим веществам относятся: морфий, кодеин, героин. Несколько лет назад страдающие этой зависимостью люди употребляли опий кустарного производства, который обычно готовили прямо перед употреблением из опия-сырца. В настоящее время распространена героиновая наркомания. Надо сказать, что это наиболее тяжелая наркомания, к которой нередко приходят люди, страдающие другими видами зависимости – от анаши до различных лекарственных препаратов и других токсикоманических средств.

В различные исторические эпохи люди злоупотребляли вначале опием, затем морфием, позднее опием и героином. Когда мы будем говорить о каком-либо из этих веществ, нужно помнить, что все сказанное относится к группе опиатов в целом. Еще знаменитый немецкий психиатр Э. Крепелин писал: «Поистине дьявольская сила морфия заставляет тех, кто однажды привык к его употреблению, постоянно прибегать к нему, так как всякая попытка освободиться от порабощения этим средством ведет к таким неприятным последствиям, которые человеческое терпение не выдерживает», – это можно с уверенностью отнести к любому наркотику из группы опиатов.

В возникновении зависимости от опиатов существенную роль играет состояние опийного опьянения, ради которого больные стараются вновь и вновь вводить себе наркотик. Первые введения этих веществ могут не вызывать приятных ощущений, а, напротив, появляются головные боли, тошнота, рвота, подавленность, замедление пульса, снижение артериального давления. Хотя наркоманией заболевают далеко не все, кто пробует наркотики, но часть людей упорно повторяют введение наркотика, добиваясь его «положительного» эффекта.

Что же это за состояние, к которому так самозабвенно стремятся люди, лишь несколько раз испытавшие его? Нужно знать об этом, как о «знаке беды», столкнувшись с которым, можно попытаться остановить кого-то или самого себя от дальнейшего продвижения по гибельному пути возникновения зависимости от наркотиков.

Люди творческого труда (писатели, поэты, художники), испытавшие опийное опьянение и еще не прочувствовавшие все глубины бездны, в которую ведет употребление наркотика, обычно с восторгом описывают это состояние.

В начале XIX века появилась удивительная книга «Исповедь английского опиомана, взятая из жизни ученого», написанная де Квинси, в которой автор подробно и живо описал «удовольствии» и страдания человека, больного опийной зависимостью.

Позднее Ш. Бодлер, на основе этой книги и собственных взглядов на наркотики написал упомянутый нами «Искусственный рай». В этой книге сравниваются, в частности, картины алкогольного и опийного опьянения. Ш. Бодлер пишет: «При опьянении опиумом удивительный подъем чувств не имеет ничего общего с лихорадочным припадком. Человек является перед нами как бы в своей первородной правоте и справедливости – возродившийся и вернувшийся к своему естественному состоянию, освобожденный от всяких посторонних примесей, случайно извративших его благородную природу. Несмотря на все наслаждения, которые дает нам вино, мы должны помнить, что отравление алкоголем часто граничит с безумием, или по крайней мере с сумасбродством, и что за известными пределами оно рассеивает, так сказать, испаряет нашу духовную энергию, тогда как опиум всегда умиротворяет, всегда сосредотачивает наши рассеянные способности».

Не будем безоговорочно разделять восхищение автора, которому нужно все-таки оправдать употребление наркотиков, хотя в дальнейшем он отречется от своих «восторгов».

А вот что пишет врач о состоянии морфийного опьянения: «Первая минута: ощущение прикосновения к шее, это прикосновение становится теплым и расширяется. Во вторую минуту внезапно проходит холодная волна под ложечкой, а вслед за этим начинается необыкновенное прояснение мыслей и взрыв работоспособности. Абсолютно все неприятные ощущения прекращаются. Это высшая точка проявлений духовной жизни человека. И если б я не был испорчен медицинским образованием, я бы сказал, что нормально человек может работать только после укола морфием» (из рассказа М. А. Булгакова «Морфий»). Напомним, что это высказывания уже больного человека, через год застрелившегося.

Таким образом, опийное опьянение, в отличие от алкогольного, не окрашено грубоватой веселостью. Основным здесь является улучшение настроения, снятие внутреннего напряжения с отвлечением опьяневшего от всех неприятных проблем и ситуаций. «Опьяневшие, – писал Н. Виллард в журнале “Здоровье Мира”, – не ведают ни страданий, ни желаний, ни беспокойства». Находящегося в опийном опьянении человека можно узнать по ряду признаков, которые перечисляет профессор И. Н. Пятницкая: сужение зрачков, сухость кожи, бледность, ускорение пульса, снижение артериального давления, болтливость. В начальном периоде употребления опиатов во время опьянения настроение раз от раза улучшается. Начало опьянения сопровождается чувством легкости, ощущением прозрения. В отличие от алкогольного опьянения, человек становится более собранным, а движения его делаются более уверенными. Люди могут успешно вести беседу или выполнять физическую работу. Однако в следующей стадии опьянения человек уже выглядит заторможенным и вялым, возникает тяжесть в конечностях, исчезают всякие желания, наступает полное внутреннее безразличие, которое больные называют «кайфом». Человек может грезить наяву, видеть различные картины природы или архитектурные сооружения. После этого наступает 3-4-часовой сон, обычно не приносящий отдыха: человек просыпается с ощущением усталости, головной болью, головокружением, тошнотой. Это признаки быстро формирующейся физической зависимости от наркотика. Вскоре период опьянения с приятными переживаниями начинает сокращаться, и, чтобы продлить его, больной должен постоянно увеличивать дозу наркотика. При отсутствии или недостаточности дозы наркотического вещества человек начинает страдать физически. У него возникает абстинентное состояние, аналогичное, как мы уже говорили, состоянию похмелья при алкоголизме, только во много раз мучительнее. На все это уходит совсем немного времени, иногда не более месяца. С этого времени наркотик начинает доставлять больше неприятностей, чем удовольствия.

Если в прежние времена, в XIX веке, страдающие наркотической зависимостью писатели и поэты не имели затруднений с поисками наркотика и могли спокойно рассуждать с друзьями и читателями о своих необычных ощущениях, то теперь их поиск, как правило, связан с криминалом. В лучшем случае больной наркоманией тащит последнее у родителей, чтобы обменять его на наркотик, в других случаях он наркотиками приторговывает, а может быть, поджидает в парадном какого-нибудь подвыпившего дяденьку, чтобы припугнуть и забрать бумажник. Короче говоря, жизнь такого больного – это постоянный поиск наркотика, и толкает его на это страх возникновения абстинентного состояния.

В чем же заключается это состояние? Посмотрим, что говорят об этом люди, восхищавшиеся поначалу действием опия и морфия. Ш. Бодлер говорит об ощущениях героя своего произведения «Искусственный рай»: «Он начал страдать ужасными болями в желудке... Вот когда, наконец, дала знать себя ужасная расплата!... Борьба была продолжительна, боли изнурительны и невыносимы...».

За этими отрывочными и в то же время емкими восклицаниями стоят крайне мучительные ощущения человека, лишившего себя приема наркотика. Как же выглядит состояние отнятия наркотика? Вот описание героиновой абстиненции.

Спустя несколько часов после последнего употребления героина возникают зевота, слезотечение, обильные выделения из носа, озноб, спастические боли в животе, понос, разбитость, слабость, иногда рвота. В дальнейшем появляются сильные боли в суставах, ощущение выкручивания мышц. Все это происходит на фоне неудержимой тяги к наркотику, и если больным не оказать соответствующую помощь, они готовы на все, чтобы этот наркотик раздобыть. При этом у больных пропадает аппетит, нарушается сон, ухудшается настроение, возникают приступы тоски или злобы. Больные могут быть агрессивны. В их поведении заторможенность сменяется беспокойством, они мечутся, стремятся куда-то бежать. Такое состояние может длиться неделю. В большинстве случаев, если больные находятся вне стен больницы, они, в конечном итоге, находят наркотик и облегчают свои страдания.

После этого периода обычно еще в течение месяца и дольше у больного сохраняется плохое настроение, мрачные мысли, сопровождаемые эпизодами внутреннего напряжения с ожиданием каких-то больших неприятностей в ближайшем будущем, бессонница, отвращение к пище. Временами больных охватывает озноб, появляются потливость и приступы сердцебиения. На фоне пониженного настроения могут возникнуть мысли о нежелании жить, способные провоцировать и соответствующие поступки, что требует немедленного вмешательства психиатра.

Болезнь прогрессирует, состояние опьянения проходит быстрее. Чтобы добиться прежнего эффекта, больные вынуждены увеличивать дозу. В. В. Бориневич писал, что борьба с абстиненцией становится содержанием и целью жизни наркомана. Постепенно дозы наркотика, вводимые себе больными, превышают первоначальные дозы в 10—20 и более раз. Может быть, эти дозы не «убьют лошадь», но здорового человека они вполне могут привести к смерти.

Наличие абстинентного состояния говорит о том, что физическая зависимость от опия сформировалась. На ее фоне изменяется картина опьянения. Исчезает легкость, раньше появлявшаяся после приема наркотика, прежнего ощущения блаженства не возникает. Наркотик лишь восстанавливает (и то на сравнительно короткое время) чувство бодрости, работоспособность, возможность общаться, улучшает аппетит. Больные стараются успеть за время улучшения поесть, покурить, сделать самое необходимое. Через несколько часов, чтобы сохранить удовлетворительное состояние, нужно повторять введение наркотика.

Между тем длительное и почти непрерывное пребывание наркотика в организме (длительное отравление) делает свое дело, постепенно вызывая болезненные изменения в органах, а затем просто разрушая их. Кожа становится бледной, сухой и шелушащейся, волосы и ногти – ломкими, крошатся зубы. Аппетит ухудшается, появляются мучительные запоры. Зрачки резко сужены, что ухудшает зрение. Поскольку больные, поспешно вводя наркотик, не соблюдают правил обеззараживания кожи и шприцов (нередко одним шприцом пользуются несколько человек), часто возникают инфекционные заболевания печени (гепатиты), воспаления вен (тромбофлебиты). Самое страшное осложнение, – СПИД – болезнь, которая поражает чаще всего именно людей, страдающих наркотической зависимостью.

Разрушается личность человека, он становится равнодушным ко всему. Его волнует только проблема добывания наркотика и его употребления. Ранее отзывчивый человек становится черствым, даже жестоким. Ему ничего не стоит обидеть, оскорбить кого-нибудь, солгать, в конце концов, украсть ради обладания наркотиком. Его не волнуют страдания, которые он причиняет близким. Он может спокойно «посадить на иглу» любящего и зависящего от него человека.

Постоянное отравление опиатами (опием, героином) не только уродует личность, но и пагубно действует на нервную систему и на мозг, повреждая рассудок, приводит человека в психиатрическую больницу.

У больных возникают своеобразные грезы, состояния между сном и бодрствованием, с различными видениями, вызывающими ужас. Известного нам де Квинси по ночам посещал малаец, это была навязчивая галлюцинация. Вот как описывает это Ш. Бодлер, познакомившись с записками де Квин-си: «Малаец, о котором мы говорили, жестоко мучил его, он сделался постоянным, невыносимым посетителем. Как пространство, как время, малаец приобрел огромные размеры. Малаец разросся в целую Азию, древнюю Азию, торжественную, чудовищную, мудреную, как ее храмы и ее религия, страну, где все, начиная с самых обыкновенных внешних явлений жизни до грандиозных преданий древности, создано для того, чтобы поражать и приводить в смущение дух европейца. И не только грандиозный и фантастический, старый и причудливый, как волшебная сказка, Китай угнетал его мозг. Этот образ естественно вызывал смежный с ним образ Индии, столь таинственной и непостижимой для ума западного человека, а затем вырастали угрожающие триады из Китая, Индии и Египта, сложный кошмар с разнообразными ужасами, словом, малаец ополчил против него весь огромный и сказочный Восток».

Трудно разобраться в этих запутанных переживаниях англичанина. Одно ясно – психическая деятельность человека явно нарушена, в ней господствуют кошмары и пропитанное ужасом настроение, не дающие рассудку действовать в нормальном режиме, и в буквальном смысле слова сводящие человека с ума.

А вот что испытывал на первом году болезни главный персонаж рассказа «Морфий», доктор Поляков: «Какая пустыня. Ни звука, ни шороха. Сумерек еще нет. Но они где-то притаились и ползут по болотцам, по кочкам, меж пней... Идут, идут к Левковской больнице... И я ползу, опираясь на палку (сказать по правде, я несколько ослабел в последнее время).

И вот вижу, от реки по склону летит ко мне быстро и ножками не перебирает под своей пестрой юбкой колоколом старушонка с желтыми волосами. В первую минуту я ее не понял и даже не испугался. Старушонка как старушонка. Странно – почему на холоде старушонка простоволосая, в одной кофточке?... А потом, откуда старушонка, какая? Кончится у нас прием в Левкове, разъедутся последние мужицкие сани, и на десять верст кругом – никого. Туманы, болотца, леса! А потом вдруг пот холодный потек у меня по спине – понял! Старушонка не бежит, а именно летит, не касаясь земли. Хорошо? Но не это вызвало у меня крик, а то, что в руках у старушонки вилы. Почему я так испугался? Почему? Я упал на одно колено, простирая руки, закрываясь, чтобы не видеть ее, потом повернулся и, ковыляя, побежал к дому, как к месту спасения, ничего не желая, кроме того, чтобы у меня не разрывалось сердце, чтобы скорее вбежал в теплые комнаты, увидел живую Анну... и морфию...».

Здесь более конкретные болезненные переживания, но все так же пронизано ужасом, как и в предыдущем описании. Интересно, что и подругу де Квинси, и подругу доктора Полякова звали Анной. Не исключено, что М. А. Булгаков, создавая свой рассказ «Морфий», познакомился с записками де Квинси. Вообще, таких исповедей страдающих наркоманией людей в мировой литературе не так много.

А вот история современного больного наркоманией, без прикрас и без литературных тонкостей.

Больной К., 26 лет, неоднократно лечился в наркологических отделениях Санкт-Петербурга. Он рос в семье рабочего, который любил выпить и часто скандалил дома. Мать была доброй женщиной, беззаветно преданной семье, в которой росло трое детей. Ее сил хватало только на работу и на обслуживание членов семьи. Дети были предоставлены сами себе и много времени проводили на улице. К. был спокойным, стеснительным, с трудом входил в новую компанию. Часто бывал в окружении старших подростков, куда его брал с собой старший брат. Уже в 14 лет К. пробовал алкоголь, но, это ему не понравилось.

В 16 лет (в это время он учился в ПТУ), по совету товарища, чтобы избавиться от стеснительности, позволил ввести себе внутривенно возбуждающий наркотик. Испугался, появилась навязчивая мысль, что стал наркоманом. Стал избегать своих товарищей, но через три месяца, не выдержав их насмешек и уступив предложениям попробовать еще что-нибудь, «понюхал» героин. Дозы не знал, но отчетливо запомнил, что возникло опьянение (расслабленность, веселое настроение, «стало на все наплевать»).

Во время службы в армии часто употреблял алкоголь (условия позволяли). Дважды находился на гауптвахте «за пьянку». Узнав, что некоторым сослуживцам удается добыть маковую соломку, из которой они готовили опий для внутривенного введения, сблизился с их компанией и стал принимать участие в совместном употреблении наркотика. При встрече со старшими по званию в состоянии опьянения был в высшей мере удовлетворен тем, что «они не могут ничего унюхать», уличить его в нетрезвости и не сажают его на гауптвахту. В конце пребывания на службе сослуживцы доставали опий и кололись до двух раз в день этим самодельным наркотиком.

После возвращения из армии встретился со старыми друзьями, стал употреблять героин внутривенно, причем для того, чтобы получать достаточный эффект от наркотика, приходилось все время увеличивать дозу, при перерывах в употреблении наркотика появились признаки состояния отмены (абстиненции). Работая слесарем-инструментальщиком, все деньги тратил на приобретение наркотиков. Несколько раз пытался лечиться в наркологической больнице, но безуспешно. Перерывы в употреблении наркотиков не превышали 3-4 недель. Перенес гепатит, лечился в инфекционной больнице. После выписки сразу возобновил прием наркотиков. В конце концов, был осужден на полтора года лишения свободы за хранение и распространение наркотиков.

После освобождения устроился на работу грузчиком. В последнее время нигде не работает. В больницу пошел по настоянию матери, которая его фактически содержит. Находится на лечении в наркологическом отделении. Выглядит вялым, безразличен ко всему, оживляется только при разговоре о наркотиках, безучастен к страданиям матери, вызванным его образом жизни. Суждения больного носят характер незрелости, непоследовательности. С показной проникновенностью говорит о том, что ему нужна помощь врачей, но в то же время совершенно не верит в успех лечения. Выглядит старше своих лет, истощен, бледен. Анализы показывают существенные признаки поражения печени.

Мы решили привести эту короткую, но показательную историю болезни, чтобы читатели составили себе представление о типичном варианте течения героиновой наркомании. Весь описанный здесь болезненный период занял примерно 5 лет. Здесь есть все: пьющий отец, вольное или невольное попустительство родителей, пробы разных наркотиков в подростковом возрасте, компания подростков с «наркотическими» интересами, стеснительный характер, требующий допинга для того, чтобы свободно чувствовать себя в компании, нар-команическое окружение в армии, возвращение в компанию употребляющих героин людей, гепатит и, наконец, полный крах личности, проживание на попечении матери, отсутствие настоящего желания лечиться. Если человек не прекращает прием наркотика в результате лечения или принудительной изоляции (в местах заключения), то он может погибнуть уже на той стадии, о которой мы рассказываем, – от превышения дозы наркотика или от какого-нибудь присоединившегося заболевания.

Когда больной доживает до конечной стадии болезни, что с продолжающими принимать наркотики бывает не так часто, он превращается в истощенного, безразличного ко всему инвалида, который даже не может переносить прежних доз наркотика. Эти люди много времени проводят в постели. Действие очередной дозы наркотика позволяет им лишь питаться и элементарно себя обслуживать. Страдающие наркоманией погибают в этой стадии (в относительно молодом возрасте) болезни от поражающих их ослабленный организм инфекционных и других заболеваний. Таков исход наиболее распространенного сейчас вида наркоманической зависимости – опийной наркомании.

<< назад   далее >>


ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ САМОЕ ИНТЕРЕСНОЕ



поделись с друзьями





ЛУЧШИЕ СПОСОБЫ ИЗБАЛЕНИЯ ОТ ЗАВИСИМОСТИ

© BROSAEM.INFO - Как бросить курить, как бросить пить, как бросить наркотики Контакты